А теперь пришло время поговорить о главном. О том, ради чего затевалось написание этой книги, – о лечении и профилактике самого грозного из недугов – рака. Речь, разумеется, не о том, как излечиться в домашних условиях самому, без врача, что называется, подручными средствами. Особенности раковых заболеваний таковы, что вопрос «как вылечиться» для здорового человека сводится к вопросу – «как не заболеть», а для больного – «как выбрать врача». Вернее, так: соглашаться ли на операцию, если ее рекомендуют, проходить ли химио- или лучевую терапию, если таковую прописали.

Общеизвестно, что так называемые традиционные онкологические методы эффективны лишь на самых ранних стадиях рака (и то не всякого) и к тому же крайне опасны для здоровых органов и тканей.

Любой разговор о злокачественных опухолях должен начинаться даже не с совета, а с заклинания: Боже, упаси от самолечения! Сама болезнь такова, что даже диагноз может поставить – и должен ставить – только квалифицированный специалист, а уж лечить – тем более. Вот только чем и как лечить? И возможно ли это вообще, если большинство пациентов онкологических клиник в итоге переселяется с больничной койки на кладбище? Есть множество книг, где утверждается, что рак можно победить. И множество горьких разочарова­ний: вновь и вновь очередные сенсации оказываются либо заблуждением, либо заведомой ложью.

Мы хотим рассказать вам о методе, скорее подхо­де к лечению и профилактике, который не содержит ничего, кроме «подсматривания», «подглядывания» за природой – за тем, как работает молодой 20–25-летний организм, о подходе, не закоснелом в академичес­ком самодовольстве, а гибком, творческом, в чем-то неожиданном, но безукоризненно выдержанном логически и, что еще важнее, подтвержденном практикой.

ПОЛНОЦЕННОЕ РАСЩЕПЛЕНИЕ ПИЩИ – ГЛАВНОЕ УСЛОВИЕ ЗДОРОВЬЯ

Впервые мысль о назначении пациентам так называемой заместительной терапии, то есть о лечении «полиферментными препаратами» пришла из наблюдений за природой и, естественно, за пациентами и за молодым растущим организмом. Представьте себе ребенка, бегающего целые дни во дворе, что называется, на одном бутерброде. Почему, откуда у него столько энергии? И почему эта энергия иссякает с возрастом, когда все мы рано или поздно превращаемся в «обломовых»? Появилось ощущение, что молодой здоровый организм работает четко, сбалансированно, с высоким коэффициентом полезного действия, благодаря хорошему расщеплению того же бутерброда на составляющие кирпичики строительного материала.

Одним словом, чем больше расщепляем, тем, соот­ветственно, меньше шлаков. Основной «паровозной топкой» является желу­дочно-кишечный тракт. В новом свете предстала формула древних: «Едим, чтобы жить, но не живем, чтобы есть». Хорошее, полноценное (почти стопроцентное) расщепление создает энергетическую и пластическую основу всего живого. Сравнение работы желудочно-кишечного тракта с работой паровозного двигателя подсказал один де­ревенский житель, ехавший как-то со мной в командировку. Я пытался доходчиво объяснить ему работу организма, мне нужен был пример из повседневной бытовой жизни. Неожиданно пришла на ум аналогия с паровозной топкой, ее коэффициентом полезного действия. Когда она новая, а топливо качественное (да даже если и не очень), но самое главное – новый двигатель, топливо сгорает без шлаков (без выхлопов), и тяга прекрасная... ведь тянет на себе паровоз порой до 30–40 груженых вагонов. Эта аналогия позже закрепилась как наиболее удачная в беседе с пациентами. Чем старее паровоз, тем больше он требует дров, чтобы появилась тепловая сила, но и шлаков больше. То же самое и с нашим организмом. С возрастом мы больше едим, прибавляем в весе за счет накопления шлаков, мень­ше двигаемся, хуже соображаем, чаще болеем. Значит, единственная связь с внешним миром у нашего организма — через желудочно-кишечный тракт. Если вы хорошо себя чувствуете, то попро­буйте не поесть минимум трижды в день. В этом внешнем мире, то есть во всем, что нас окружает, содержится все то, из чего мы состоим: азот, сера, железо, никель, медь, марганец, кобальт, то есть вся периодическая система элементов Д. И. Менделеева. Из ее составляющих состоит наше тело, внутренние органы, волосы, ногти, нервная, иммунная, сердечно-сосудистая, опорно-двигательная, дыхательная системы, одним словом все, что в нас есть. Пища, которую мы употребляем, содержит все эти микроэлементы, химические элементы. Последние МЫ (наш организм) должны взять, извлечь из пищи, подвергнуть определенным химическим реакциям, сделать «своими», и уже из этих «своих» химических элементов создаемся мы.

МОДУЛЯТОРЫ, ПОМОГАЮЩИЕ РАСЩЕПЛЕНИЮ ПИЩИ

Стало очевидным, что для полноценной жизни, для такого бытия, как в молодом возрасте, необходима хорошая работа нашей собственной паровозной топки, которая и обеспечивает хорошее расщепление всего, что мы потребляем. Что же такого ценного содержит эта наша паровозная топка, наш желудочно-кишечный тракт? Прежде всего, это достаточный объем желудочного сока (желудочного содержимого), обеспечиваемого его адекватной кислотностью. По нашему мнению, это так называемый первый уровень переваривания химуса (пищевого комка), не считая, конечно же, его обработки в полости рта. Именно достаточное, эффективное переваривание в желудке формирует дальнейшую судьбу того, что мы едим.

На волне этих наблюдений появились первые успехи в назначении заместительной терапии ферментами желудочного сока. Подсказку дали рецепты народной медицины, которые рекомендовали обязательное употребление яблочного уксуса, лимонной кислоты людям пожилого возраста. А почему только в пожилом возрасте? Ведь у молодого субъекта непременно есть признаки дефицита кислотности, а соответственно, и болезни. Мы понимали, что только ферментами желудочного сока проблему высокого коэффициента расщепления (коэффициента полезного действия) продуктов питания решить невозможно. Под коэффициентом расщепления подразумевается частное дроби, в чис­лителе которой количество (объем) желудочного сока, а в знаменателе — количество (объем) съеденного. Модуляторы — вещества, заменители или аналоги желудочно-кишечных (пищеварительных) ферментов. К = ОЖС / ОП, где К — коэффициент расщепления; ОЖС — объем желудочного сока в мл; ОП — объем пищи в мл. Ведь мы уже объясняли, что с возрастом и во время различных болезней многие показатели уменьшаются: количество обкладочных клеток, син­тезирующих соляную кислоту в желудке, число клеток печени, синтезирующих желчь, количество клеток поджелудочной железы, синтезирующих инсулин, и т. д. Этих клеток, а соответственно и ферментов, становится все меньше и меньше. Сле­довательно, нужен не только желудочный сок или его заменители, но и ферменты желчи, ферменты поджелудочной железы, способствующие расщепле­нию жиров, углеводов и белков, то есть липаза, трип­син, химотрипсин, амилаза и прочие. Незнание этого, но желание сохранить себя заставляет нас прибе­гать к различным пищевым стимуляторам: кофе, крепкому чаю, алкоголю, сигаретам. Содержащие­ся в них активные вещества разного рода (кофеин, спирт, никотин, пивные дрожжи) помогают перевариванию, и, таким образом, решается проблема усвое­ния пищи, но лишь на какое-то время. Эти стиму­ляторы довольно быстро истощают секрецию всех ферментных систем. Это обстоятельство и застави­ло искать более физиологичные — естественно-при­родные — пути сохранения полноценной работы же­лудочно-кишечного тракта.

Наши многолетние наблюдения пациентов пока­зали, что при регулярном приеме полиферментных препаратов необходимость, потребность в перечис­ленных стимулах утрачивается. А прием неболь­ших доз алкоголя вызывает порой мощную инток­сикацию. И опять-таки подтверждается концепция, согласно которой жизнь молодого организма озна­чает хорошее расщепление без особых усилий. Не нужен ребенку алкоголь, он его отвергает, ребенок с трудом переносит крепкий чай и кофе. Аналогич­ные процессы мы своей терапией вызываем и у курируемых пациентов. 


ЗАМЕСТИТЕЛЬНАЯ ТЕРАПИЯ ПОЛИФЕРМЕНТНЫМИ ПРЕПАРАТАМИ В МИНИ-ДОЗАХ

Встал вопрос, традиционно задаваемый больны­ми, да и коллегами: а как же собственные фермен­ты? Ведь заместительная терапия способствует тому, что наш организм начинает лениться, то есть ему незачем синтезировать свои ферменты, если ему дают готовые?

Говоря о заместительной терапии, введем тер­мин «порочный замкнутый круг» (circulus vitiosusj). Соляная кислота, пепсин, другие желудочные ферменты, вырабатываемые обкладочными клетками желудка, участвуют в расщеплении пищи, ее переваривании (химических реакциях), синтезе гормонов желез внутренней секреции, биологически активных веществ (гистамина, серотонина, всевозможных кининов, адреналина, норадреналина и прочих). При условии хорошего коэффициента расщепления, обеспечиваемого достаточным количеством обкладочных клеток, желудочных ферментов, слизи, происходит полноценное переваривание с минимумом шлаков и максимумом образования пластического материала для строительства гормонов, биологически активных веществ, иммунокомпетентных клеток. Нам нужна соляная кислота для полноценного синтеза белков, являющихся субстратом все тех же обкладочных клеток, поскольку жизнь в физиоло­гическом смысле — это способ существования бел­ковых тел. Одним словом, так работает система молодого организма.

С возрастом, при наличии износа, количество обкладочных клеток и соответственно ферментов уменьшается, уменьшается и про­дукция всего того, из чего мы состоим. Чтобы сохранить себя, человек вынужден больше есть, так как из большего объема пищи приходится добывать строительные кирпичи. Чем больше мы едим, тем больше нам требуется ферментов (но ведь их нет, мы договорились, что с возрастом их синтез неуклонно угасает), следова­тельно, тем меньше переваривается, больше шлаков, соответст­венно больше пищи для возбудителей.

Круг замкнулся. В 70—75-летнем возрасте, по нашему разумению, почти ничего не переваривает­ся, так как коэффициент расщепления близок к нулю. Это возраст постоянных хронических болез­ней, неуклонно заканчивающихся раком и смертью. 

Мы отвечаем так, и нас трудно опровергнуть. Мы назначали все полиферментные препараты в мини-дозах, следуя правилу Ганемана: «Малые дозы стиму­лируют, большие истощают». Мы назначаем минималь­ные дозы полиферментных препаратов и пытаемся разорвать этот круг, ну если не разорвать, то сделать так, чтобы он не сужался, а может быть, даже расширился. Поясним это. Малые дозы ферментов увеличивают не только расщепление и переваривание, но стимулируют синтез, количество и работу обкладочных клеток, начи­нающих вырабатывать желудочные ферменты. Это еще больше улучшает переваривание, а значит, и строитель­ство пластического материала, прежде всего белков.

Заранее оговоримся. Мы располагаем эксперимен­тальными фактами, доказывающими это положение, и научно-исследовательская работа в этом направлении продолжается. Опровергнуть нас сложно, ибо за этими рассуждениями – сотни пролеченных больных.

Мы настаиваем также на ежедневном, регулярном приеме полиферментных препаратов. Это создает условия хорошего расщепления и переваривания, при кото­рых образуется минимум шлаков, беспрепятственно выводимых самим организмом. Происходит самоочистка организма, аналогичная таковой в молодом возрасте.

Что же касается так называемого привыкания к ферментам, о котором пишут в руководствах по фармакологии, то его не возникает, поскольку своей те­рапией мы не угнетаем синтез собственных ферментов, а напротив, стимулируем, и организм привыкает лишь к хорошему самочувствию.

В данной книге мы не называем рецептуры со­знательно, ибо назначать и проводить такое лечение должен только врач-профессионал. Ибо врач и толь­ко врач поможет определить минимальные призна­ки побочных эффектов этой терапии, вовремя оце­нит обстановку и подскажет правильное решение.


ПО МИКРОТРОМБОЗАМ НА ТЕЛЕ МОЖНО ОПРЕДЕЛИТЬ БОЛЕЗНЬ

Главное, что привлекает и привлекало наших па­циентов, – это полная наша уверенность в успехе лечения любой болезни, и рака в том числе. Для нас нет «белых пятен» на карте медицины и врачева­ния. Порой достаточно бывает лишь взгляда на па­циента, на его кожу, волосы, ногти, чтобы определить степень тяжести заболевания. Подход к диагностике и лечению всех болезней через призму работы желудочно-кишечного тракта и его основных составляющих (коэффициент расщепления – шлаки) позволил решить проблему лечения многих заболеваний. Этот же подход определил формулу нашей работы: любая болезнь, в том числе и рак – болезнь всего организма. Судите сами. Почему у мужчин в определенном возрасте возникает облысение (алопеция), почему мы все седеем? Да потому, что волосы – лучший показатель хорошей работы нашей «паровозной топки». В молодости цвет наших волос самый разнообразный, что напрямую зависит от доставки к волосам хорошо обработанных в желудочно-кишечном тракте всевоз­можных микроэлементов: меди, железа, алюминия и прочих. Мы стареем, изнашиваемся, хорошее питание волос отсутствует, вместо микроэлементов – пустота, воздух, следовательно, и вместо волос – облысение.

Хорошую пищу для размышлений о закономер­ностях развития болезней дает работа со студентами. Обучая их навыкам врачевания, мы рекомендуем им наблюдать за людьми, их окружающими, как за па­циентами. Учим обращать внимание на цвет лица, кожу лица, рук и по внешнему облику человека «уга­дывать» болезни или давать объяснение увиденному. Facies diabetica, Facies mitrales – латинское опре­деление лица больного сахарным диабетом, больного с ревматическим пороком сердца. На лице этих па­циентов выглядят очень яркими щеки, нос, сквозь кожу просвечивает сосудистая сеть. Почему так? Классическая медицина зачастую и небезуспешно ищет корень зла в болезнях печени. Хронические гепатиты, циррозы способствуют блокаде кровообращения в воротной вене, в большом круге кровообращения, одним словом, появляется нужда в дополнительном, обходном (коллатеральном) кровоснабжении. Отсюда – сосудистые сплетения на коже. Мы расширяем эти представления, и наша версия вполне оправдана. Развитие сосудистой сети в каком-либо участке кожи (не только на лице) означает, в том числе, по­вышенное кровенаполнение с явлениями микротром­боза. Это защитная реакция организма, возникшая в ответ на воспалительный процесс инфекционной при­роды любой локализации. По этим кожным знакам можно ставить диагноз: если это на лице, обязатель­но столкнетесь с частыми насморками (ринитом, гай­моритом); если эти сосудистые сплетения в области груди – ищи патологию бронхолегочной системы; в области правого подреберья – заболевания печени; на коже внутренней поверхности стопы (в области внутренних лодыжек) – не исключены микозы (то есть грибковые поражения) стоп или ногтей. Сосуди­стые звездочки, сплетения – своеобразный маркер болезненного процесса в том или ином органе.

ЗАПОР КАК ЗАЩИТНЫЙ МЕХАНИЗМ

Еще один показатель хорошей работы желудочно-кишечного тракта – отсутствие запоров. По древне­му правилу йогов считается, что каждый прием пищи должен сопровождаться опорожнением кишечника. Этому есть объяснение. При нормальном функциони­ровании верхних отделов желудочно-кишечного тракта, прежде всего желудка, прекрасно работают и нижние этажи, то есть кишечник. Поступление пищи в желудок и последующее ее переваривание тотчас стимулируют функцию кишечника. Следовательно, самым простым и самым надежным способом избавления от запоров является улучшение работы желудка, для того чтобы вырабатывалось необходимое количество желудочного сока, далее – желчи, панкреатических ферментов, производимых поджелудочной железой, дуоденальной слизи, вырабаты­ваемой в двенадцатиперст­ной кишке, и прочих. Имен­но поэтому раз и навсегда должен быть решен вопрос о назначении слабитель­ных. Они не решат пробле­му, и стимуляция кишечника – не панацея. Рано или поздно организм привыкает ко всякого рода слаби­тельным, и запоры продолжаются. Мы рассматриваем запор по-особому, считаем это явление защитным, приспособительным механизмом. Запор необходим организму для сохранения той не­большой толики питательных веществ, которые нуж­ны для поддержания жизнедеятельности в условиях болезни. Да, есть и другая сторона: запор — это прежде всего «хранение в себе» недопереваренных остатков пищи, то есть шлаков. Надо ли избавляться от запо­ров, если это защита? Безусловно! Но не путем приема слабительных. И у нас есть свои рецепты. При обследовании пациентов мы придаем запо­рам колоссальное значение. Для нас избавление пациента от запора и восстановление нормальной моторики желудочно-кишечного тракта — первые признаки «очищения организма», симптом пере­стройки от болезни к выздоровлению. Главным направлением в профи­лактике запоров является нормализация функции верхних отделов желудочно-кишечного тракта.

ПРИМЕР ИЗ ПРАКТИКИ

Вспоминается пациентка К., 44 лет, приехавшая к нам из Самарской области. Во время медосмотра у нее «случайно» обнаружили повышенную скорость оседания эритроцитов (СОЭ) до 70 мм/час. Пропунктировали грудину, чтобы извлечь кусочек ткани кост­ного мозга, увидели разрастание миелоидного ростка, то есть группы клеток в губчатом веществе костной ткани, из которой развиваются лейкоциты, и вынес­ли вердикт: миеломная болезнь — лейкоз или рак крови. Гематологи провели лечение цитостатиками (препараты, подавляющие рост клеток в тканях) и преднизолоном и заключили: жить осталось не больше 10 лет. В отчаянии женщина приехала к родственникам в Чувашию и случайно попала к нам. Не станем осуждать своих коллег за их неком­петентность или, наоборот, чересчур высокий профес­сионализм, равно сильный смертному приговору. Наверное, они поступили правильно — так, как их учила классическая медицина. Мы подошли к про­блеме нездоровья этой пациентки с другой стороны. Прежде всего, мы исходили из принципа целостнос­ти и единства происходящего в организме. Реакцию крови расценили как следствие, как ответ на инфек­ционный воспалительный процесс во всех органах. Мы выяснили, что наша пациентка в течение многих лет страдает пародонтозом, имеет симптомы гнойного бронхита, кисту щитовидной железы и печени, что и привело к тяжелым реакциям со стороны показателей крови и к иммунодефициту. На первое место в лечении было поставлено вос­становление функции желудочно-кишечного трак­та. Наша задача состояла в улучшении функций переваривания, расщепления и синтеза нормальных белков (пластического материала иммунной систе­мы), своих собственных натуральных антибиотиков, витаминов, окислителей, одним словом, всего того, что составляет основу жизни молодого здорового организма. Параллельно этому мы боролись со шла­ками, накопившимися в результате износа и болез­ни. Одновременно воздействовали на хронические очаги инфекции: ротовую полость, урогенитальную сферу, бронхолегочную систему. В результате всего лишь за несколько недель те­рапии нам удалось добиться улучшения самочувст­вия и некоторого восстановления гематологических показателей. Конечно, выхаживание (именно этот термин и это понятие мы используем в своей рабо­те) продолжается. Оно будет долгим: месяцы, годы, Всю оставшуюся жизнь. Женщина уезжала от нас сo слезами радости на глазах. «Вы подарили мне Жизнь», — повторяла она на прощание, обещая стро­го выполнять наши рекомендации.

В сущности, в данном случае, речь шла о раке крови, считающемся по сей день небесной карой не только для пациентов, но и для людей в белых ха­латах. Последние, узнав об этом диагнозе, обычно разводят руками и не скрывают (в отличие от преж­них времен, когда диагноз рака не произносили вслух) этого от пациентов. Одни, более воспитан­ные и благородные, отмеряют больному срок, дру­гие, очерствевшие среди горя и страданий, отвеча­ют примерно следующее: «Мы не можем сделать вам новое сердце, новые сосуды, новую печень, но­вый желудок и так далее. Готовьтесь к инфаркту, готовьтесь к инсульту». После длительного и безу­спешного лечения пациенты уходят из поликлиник в полном отчаянии. Как часто приходилось слышать от пациентов о том, что им стало легче от одного только общения с. нами. А потом уже и от реальной помощи.

О НЕОБХОДИМОСТИ ПСИХОТЕРАПИИ

Весьма надежный союзник медикаментов при лечении рака — психотерапия. Что бы о ней ни го­ворили и сколько бы скепсиса (как ученого, так и обывательского) на нее ни обрушивали, она способ мобилизовать защитные силы организма. Другое дело, что уповать на нее и только на нее нельзя. Хотя бы потому, что в существующей экологической обстановке, когда и вокруг нас, и внутри нас слишком много противоестественного, известный постулат «организм должен сам справиться с любым недугом» лишен смысла. Загрязненная нами биосфера мстит, отравляя нас самих. Поэтому наш организм самостоятельно не способен справиться даже с пустяковыми инфекциями вроде гриппа. Однако психотерапия в комплексе с чем-нибудь материальным и радикальным помогает. Мы говорим своим пациентам: «Здоровье — это ежедневный, монотонный, кропотливый труд, и если правильно со­вершать работу, результаты не преминут сказаться». Наше кредо — принцип выхаживания, то есть умение обращать внимание и вмешиваться в самые незначительные симптомы. Они известны и участ­ковым терапевтам, но для нас эти малозаметные симптомы имеют колоссальное значение. Мы оцениваем болезнь и ситуацию в целом, поэтому и выхаживание носит характер глубокого проникнове­ния в суть болезни, в самого человека. По раздражительности, конфликтности, неумению конструктивно вести диалоги и решать задачи, с ко­торыми приходится сталкиваться во время решения житейских и производственных проблем, мы судим о степени болезненности, зашлакованности и иммунодефиците, учитывая при этом и возраст больного. Порой мы буквально навязываем свою точку зрения, свой подход особо сомневающимся (а их скеп­тицизм легко объясним: тяжелая болезнь плюс отсутствие помощи от здравоохранения привели к потере веры в выздоровление) и с помощью разумных доводов убеждаем в своей правоте.